Заявление и ответ на него

Это не спор о том, что в переписке, а спор о том, как она к кому попала. Значение он имеет прямое: весь массив обвинений против Невзлина восходит к одной передаче материалов одним человеком, и три версии того, как эта передача произошла, между собой не сходятся.

• Всё это утверждение стоит на архиве переписки. Что говорит против самого архива, разобрано на отдельной странице (claim-archive-authenticity), и коротко это: Центр «Досье» держал тот же набор в руках раньше ФБК и отказался от него, считая, что «такую переписку было нетрудно сфальсифицировать»; Ростислав Мурзагулов со стороны Невзлина называет переписку «реальной процентов на 90», относя к оставшимся десяти как раз заказы; 233 сообщения архива происходят из скриншотов RT; и в архиве практически нет сообщений за два месяца перед нападением 12 марта 2024 года.
• Единственный канал поступления — Андрей Матус, чей рассказ о происхождении архива не совпадает с изложением ФБК (claim-archive-provenance, статус «спорно»). The Bell цитирует редакцию, знавшую его лично: «я предполагаю, что Матус лжет».
• Ни одна из шести версий не проверена посторонним образом. Все шесть — изложения заинтересованных сторон или пересказы этих изложений; документа, который решал бы спор, у нас нет.
• Версия RT записана с чужих слов: RT не называет свой источник, а описывает его как человека, находившегося в контакте с гражданином Черногории.

Эта страница не устанавливает, как архив попал к ФБК: она показывает шесть несводимых рассказов и говорит, в чём именно они расходятся. Статус «спорно» стоит здесь не как оговорка, а как вывод. Значение этого выходит за пределы страницы. Всё, что фильм утверждает о Невзлине, восходит к архиву, а как архив попал к публикующим — не установлено.

• ФБК Блинов и Невзлин поссорились из-за гонорара за избиение Волкова, после чего все «разругались, начали друг друга шантажировать». Матуса «попросили решить вопрос» — «отобрать у поляков и Блинова все их телефоны с записями, чтобы у них не осталось никаких доказательств причастности „Невзлина“». Получив телефоны, он не отдал их, а связался с ФБК.
  Версия заинтересованной стороны — организации, опубликовавшей расследование.
• «Агентство» «Именно Матуса просят решить проблему и отобрать у Блинова и его подручных телефоны, использовавшиеся для организации покушения на Волкова. Таким образом собираются избавиться от доказательств причастности Невзлина к нападению. Но получив телефоны, Матус не отдает их Невзлину, а связывается с ФБК.» Мотив Матуса «Агентство» вслед за фильмом называет неясным.
  Прочитано в оригинале 14 августа 2026 года: «Агентство» пересказывает изложение ФБК, а не проверяет его. Более того, издание не является независимым по этому сюжету — ФБК передал ему переписку на проверку до публикации. Совпадение с версией ФБК здесь ожидаемо и ничего не подтверждает.
• The Insider Изложение The Insider, 13 сентября 2024 года, — по сути та же цепочка, что у ФБК, но с двумя звеньями, которых нет ни в одной другой версии. ПЕРВОЕ: деньги. Получив телефон от Блинова, Матус «не уничтожил его, а, опасаясь за свою жизнь после возможного уничтожения улик, связался сначала с разными бизнес-конкурентами Невзлина, а потом — с ФБК, попросив за информацию 200 тысяч евро и гарантию защиты семьи». И далее: «После первоначального общения и отказа ФБК платить деньги за информацию Матус, по его словам, передал переписку ФСБ — и вскоре та была опубликована телеканалом RT». ВТОРОЕ: как Матус вообще попал к Невзлину. По его рассказу изданию, он познакомился с людьми Невзлина через руководителя центра «Досье» Кристионаса Кучинскаса, и «Крис подтверждает эту часть рассказа». Матус был информатором «Досье», пока там не решили, что часть его сведений «не бьется», а сам он ездит в Россию. Гонорар Блинова здесь тоже назван: избиение Волкова за 250 тысяч евро, и Невзлин платить отказался, «в связи с тем, что повреждения были лишь незначительными».
  Прочитано в оригинале 17 августа 2026 года. Это не независимая версия: The Insider — приглашённый ФБК проверяющий, а Христо Грозев — соавтор этой публикации. Как ещё одно изложение слов Матуса она поэтому не весит больше версии ФБК. Но два факта в ней меняют картину, и оба — не о том, кто что рассказал, а о том, что происходило. Матус ПРОСИЛ ДЕНЬГИ у ФБК и получил отказ; и до ФБК он обращался к бизнес-конкурентам Невзлина. Это прямо противоречит его же словам The Bell, что никому, кроме ФБК, он информацию не предлагал, — и добавляет к задокументированной попытке продать материал Авену вторую и третью. Существенно и то, что отказ ФБК платить в этой версии ПРЕДШЕСТВУЕТ передаче переписки ФСБ и публикации RT. Если это так, то путь материала к RT объясняется не полицией, как предполагал сам Матус, а его неудачей с ФБК. Проверить это нечем: единственный источник обеих версий — он сам.
• Андрей Матус «В марте на меня вышел Блинов и рассказал, что работает напрямую на Невзлина и располагает такими материалами, я ничего об этом не знал». По его словам, он позвонил Невзлину, тот «изменился в голосе»; через несколько дней представитель Блинова привёз телефоны — «я забрал их на проверку, а потом просто отказался возвращать и платить деньги, вот так легко все получилось, я сам удивился». Утверждает, что не предлагал материалы никому, кроме ФБК, а когда ФБК «затягивал» с публикацией, отнёс их в полицию — которая, по его предположению, и могла передать их RT.
  Слова единственного человека, через которого прошёл весь архив. Он же — осуждённый за мошенничество решальщик, по собственным словам находящийся в Москве, и в этом же материале бывший главный редактор «МБХ Медиа» прямо говорит о другом его утверждении: «я предполагаю, что Матус лжет».
• RT «Переписку с Невзлиным RT получил через источник, находившийся в контакте с гражданином России Анатолием Блиновым». По изложению RT: Невзлин остался недоволен исполнением нападения на Волкова и Блинову не заплатил; Блинов, пытаясь получить оплату, «сам стал получать угрозы от службы безопасности Невзлина»; «опасаясь за свою жизнь, он передал переписку российской диаспоре в Литве», а уже оттуда материалы попали в RT.
  Прочитано в оригинале 14 августа 2026 года. RT — государственное пропагандистское издание и участник сюжета: оно опубликовало часть переписки примерно 6 сентября 2024 года, за неделю до ФБК, о чём само и пишет. Его тезис — что нападения были устроены так, чтобы вину возложили на Москву, а ФБК выставить «агентом Кремля»; материал завершается разделом о репутационном ущербе российской оппозиции. Приводится как то, что утверждает RT, и ни в каком смысле как подтверждение.
• Леонид Невзлин 5 августа 2024 года Невзлин направил заявление в литовскую полицию: по его версии, Блинов «провокационно пытался создать впечатление», что за нападением на Волкова стоит именно Невзлин. То есть переписка велась, но была выстроена так, чтобы его подставить.
  Версия обвиняемой стороны, поданная в полицию за месяц с лишним до публикаций RT и ФБК — то есть до того, как материалы стали публичными. Существенно, что она не отрицает существования переписки, а оспаривает её смысл.

Версии ФБК и Матуса расходятся в главном: по первой Матуса ПОПРОСИЛИ отобрать телефоны у Блинова, по второй он забрал их сам и просто не вернул. Кто именно попросил, в самом расследовании ФБК не сказано. Пересказы расходятся и в этом: «Медиазона» и «Агентство» пишут, что просил Невзлин, Би-би-си отмечает, что в самом расследовании это не уточняется. Расхождение существует, но оно об инициаторе, а не о самом изъятии. Версия RT не сходится ни с одной из них и описывает вообще другую цепочку: у неё телефоны никто не забирает, а Блинов под угрозами сам передаёт переписку российской диаспоре в Литве, откуда она попадает в RT. Матус в этой версии не фигурирует совсем. То есть речь не о трёх пересказах одного события, а о трёх разных маршрутах одного и того же архива, и по меньшей мере два из них не могут быть верны.

Борис Грозовский называл версию «Агентства» расходящейся с версией RT и тем самым указывал на «раздвоение» источника. При сверке оказалось, что версия «Агентства» совпадает с версией ФБК, а не составляет третью. Расхождение существует, но оно между ФБК/«Агентством» и Матусом — и отдельно между ними всеми и RT. Это второй случай, когда его пересказ чужой публикации оказался неточен: раньше так же вышло с версией RT.

до ФБК тот же материал предлагали как минимум дважды, и обе попытки описаны в том же разборе «Медиазоны», на который опирается вся эта запись. В НАЧАЛЕ ИЮНЯ 2024 года архив, «видимо», предлагали Петру Авену — часть переписки посвящена ему. Ради этого Анатолий Блинов лично встречался с сотрудником Aven Foundation. Тот описал встречу «Медузе»: «Он мне рассказал, что Невзлин заказал Волкова, девушку, которую избили в Аргентине, что он проплачивал весь негатив на Авена. Я спросил, чего он хочет. Он сказал — денег. Я сказал, [что] денег нет, такими вещами мы не занимаемся». 29 ИЮНЯ 2024 года тот же набор получил центр «Досье» — за шесть дней до ФБК, к которому аноним обратился 5 июля. Не добившись ответов на уточняющие вопросы, там изучать его не стали и сочли, что подделать такую переписку было нетрудно. Почему это меняет запись. Матус говорил The Bell, что никому, кроме ФБК, эту информацию не предлагал; его слова приведены среди прочих версий без всякой пометки. Здесь же — задокументированное предложение за деньги, сделанное Блиновым, и отказ второй редакции. Провенанс материала, который дошёл до ФБК бесплатно, выглядит иначе, если до этого его пытались продать. Отдельно стоит отметить: у Авена ходил Блинов, а к ФБК пришёл Матус. Это две разные фигуры в одной цепочке, и «Медиазона» их прямо различает. ДОБАВЛЕНО 17 августа 2026 года, и это делает список длиннее на два адреса. По изложению The Insider, Матус, прежде чем идти в ФБК, «связался сначала с разными бизнес-конкурентами Невзлина». А самому ФБК он предлагал материал не бесплатно: «попросив за информацию 200 тысяч евро и гарантию защиты семьи», и ФБК платить отказался. Итого известных обращений до публикации — не менее пяти: Авен (начало июня, через Блинова), «Досье» (29 июня), ФБК (5 июля, за деньги), неназванные бизнес-конкуренты Невзлина и ФСБ. Слова Матуса The Bell о том, что он не предлагал материал никому, кроме ФБК, противоречат уже не одному задокументированному случаю, а четырём.

Версия RT записана с чужих слов: RT не называет свой источник, а описывает его как человека, находившегося в контакте с гражданином Черногории. Первоисточник прочитан в оригинале 14 августа 2026 года — то, как эта версия оценивается, изложено при ней самой.

Что не оспаривается. Ни один из прочитанных источников не привёл доказательств подделки самой переписки. The Bell на 25 сентября 2024 года: «ни одного доказательства фальсификации переписки Невзлина с Блиновым... представлено не было». Спор идёт о происхождении материалов, а не об их содержании.

Ни Матус, ни Блинов, ни Невзлин не обвиняются в связи с тем, как переписка попала к ФБК или к RT. Здесь описывается путь документа, а не преступление, и никакая из шести версий не является установленной судом.