Заявление и ответ на него

Вопрос о подлинности отделён от вопроса о происхождении намеренно. Материалы могли попасть к ФБК спорным путём и при этом быть настоящими; могли быть получены как описано и содержать вставки. Смешивать эти два вопроса — самая частая ошибка в разговоре об этом деле, и она делается в обе стороны.

• Сам Невзлин подлинность переписки не оспаривал и не отрицал знакомства с Блиновым: он отрицает заказ нападений, но не то, что переписка велась. Зафиксировано DW 20.09.2024.
• «Медиазона» после разбора всего архива: «мы уверены, что он не может быть подделкой — такой сложно устроенный массив сообщений со множеством уникальных деталей, проверяемых по другим источникам, выдумать невозможно».
• «Авторство сообщений тоже не оставляет вопросов — именно поэтому мы без оговорок обозначаем их как Леонида Невзлина и Анатолия Блинова» («Медиазона»).
• «Мы не нашли следов того, что архив мог быть „отравлен“» («Медиазона»).
• Архив сложен по устройству: 2 529 сообщений в пяти чатах и трёх мессенджерах на разных телефонах, разговор перетекает из чата в чат, записи сделаны в разных часовых поясах.
• Видео нападений на Жданова и Петрачкову, снятые от первого лица и нигде ранее не публиковавшиеся.
• Телеграм-канал, куда выложено видео нападения на Петрачкову, создан в те же дни, когда в переписке обсуждалось его обнародование.
• Узнаваемый стиль письма: тире без пробела, скобки-смайлики слитно с предыдущим словом, «твитт» с двумя «т» — тот же, что в переписке Невзлина с Певчих.
• Ссылку, отправленную в чате, за час до этого открывал пользователь с IP-адреса в Иерусалиме, где у Невзлина есть квартира.
• Контакт записан как Arye Bar Am; по данным NumBuster так же записан номер Невзлина у других людей; найден твиттер-аккаунт @Arye_Bar_Am.
• Сильнейшее из приведённого: 16 ноября 2023 года Невзлин пересылает Блинову скриншот собственной переписки с Певчих в Signal. «Проект» сравнил его с сохранившимся у Певчих — сообщения идентичны, то есть отправитель имел доступ к тому, к чему мог иметь доступ только он.
• The Bell, 25.09.2024: доказательств фальсификации переписки на тот момент никем представлено не было.
• The Insider, 13.09.2024, разобрав «несколько тысяч сообщений за 2023 и 2024 год»: переписка «с высочайшей степенью вероятности является подлинной». Первый его довод — тот же, что и у «Проекта»: цитируемый в переписке диалог Невзлина с Певчих в Signal «мог быть только у тех, кто имеет физически доступ к гаджетам», и взлом аккаунта такого доступа не даёт.
• The Insider о ссылках на твиты в переписке: во всех виден параметр t=taRExlwtL5tmHK4OIFQ30g — «закодированный идентификатор его устройства, который передается при шеринге», и по нему находится твит от 11 сентября, которым датировано и сообщение на скрине. Издание само оговаривает границу этого довода: технически ничто не мешало учесть такую деталь при фальсификации, «но такой уровень продуманности вызывает сомнения».
• The Insider о масштабе подделки, если бы она была: тысячи сообщений из четырёх аккаунтов должны сходиться «не только друг с другом, но и с событиями», многих из которых нет в публичном доступе — перелёты близких Невзлина, деловые конфликты, — плюс множество обрывочных фраз, непонятных без «внутренней кухни». И довод из своей практики: «За десять лет изучения взломанных переписок The Insider никогда не встречал примера, чтобы кому-то удалось убедительно подделать переписку такого объема и сложности».
• The Insider о поведении самого Невзлина: если бы переписка была поддельной, в ней «неизбежно были бы какие-то ошибки, которые Невзлин бы мог легко опровергнуть», а фактических деталей в ней огромное количество — перелёты, встречи, фотографии документов. «Невзлин же отделался общим заявлением о своей непричастности и даже не сделал попытки разоблачить выложенные скрины.» По состоянию на 27 сентября 2024 года издание добавляет, что оригинал он так и не опубликовал и удалил свою учётную запись в Signal.
• Единственная проверка, сделанная не по сообщениям, а по предмету: LTV «De facto», 29.09.2024, взяла из переписки фотографию паспорта, которым пользовался Блинов, и «убедилась, что паспортные данные настоящие, за исключением фотографии». Паспорт выдан в Латвии в 2017 году на имя реально существующего негражданина Сергея Штурбы, которого журналисты нашли в Лиепае. Это подтверждает подлинность содержимого переписки внешним объектом, а не её внутренней связностью.

О независимости проверявших. Разборы, на которые ссылаются как на внешнюю проверку, независимы в очень разной степени, и различать их обязательно. «Проект»/«Агентство» и The Insider — ОДНА договорённость, а не две проверки. The Insider пишет это сам: «После анализа скриншотов сотрудники ФБК пригласили к своему расследованию Христо Грозева от The Insider и Михаила Маглова от „Проекта“, чтобы независимо верифицировать подлинность переписки». Грозев — соавтор той публикации. То есть ФБК до выхода фильма пригласил двух проверяющих, и обе вышедшие 12–13 сентября «экспертизы» — это они. Считать их двумя независимыми подтверждениями значит дважды посчитать выбор публикатора. «Медиазона» разбирала архив позже, 27 ноября, и по собственной инициативе. Это единственная в корпусе проверка, которую ФБК не устраивал. LTV «De facto» — промежуточный случай, и её надо описывать точно. Фрагменты она получила от команды Навального, но уже после публикации и по своему запросу, а проверяла сама; вдобавок её проверка вышла за пределы переписки — к паспорту, реестру и живому человеку в Лиепае. Независима здесь проверка, но не происхождение материала. Diena в этот ряд не входит вовсе: она архива не получала и работала по своим источникам. Но и предметом её работы была не подлинность переписки, а имя посредника в Латвии.

• Центр «Досье» получил тот же набор 29 июня 2024 года — на шесть дней раньше ФБК — и изучать его дальше не стал, не получив ответов на уточняющие вопросы. «В „Досье“ считают, что такую переписку было нетрудно сфальсифицировать». Это единственная редакция, державшая материал в руках и отказавшаяся от него; «Досье» основано Ходорковским, то есть стороной, и это надо учитывать при взвешивании, но не при умолчании.
• Ростислав Мурзагулов, шеф-редактор канала, ранее называвшегося NEVZLIN media: «Эта переписка реальна, то, что там показано, но реальна она процентов на 90», а заказы на избиения, по его словам, правдой не являются. Оговорился, что выступает от своего лица, а не как представитель Невзлина. Это утверждение именно о вставках, и исходит оно со стороны Невзлина.
• Остаточная оговорка «Медиазоны»: возможность вставок — «технически такая возможность остается», но она же называет её «крайне маловероятной» и указывает, что это было бы «очень сложно и довольно бессмысленно».
• В архиве практически нет сообщений за последние два месяца перед нападением 12 марта 2024 года.
• Скриншоты, полученные от RT, «Медиазона» пометила отдельно; 233 сообщения архива происходят именно оттуда.
• Кирилл Рогов: наиболее правдоподобной ему кажется контаминация — подлинная переписка со вставленными поддельными фрагментами.
• Борис Грозовский: стиль имитируется, аккаунт эмулируется, голос подделывается дипфейком. Позднее в том же посте он сам поднял свою оценку вероятности до «почти highly likely».
• Единственный канал поступления — Андрей Матус, чей рассказ о происхождении архива не совпадает с изложением ФБК.
• Аудиозапись голоса: ФБК сочли, что голос «очень похож», но признали, что «полноценную фонологическую экспертизу записи такого качества сделать сложно» — встречу с Матусом писали на диктофон в кафе.

Соотношение сторон здесь неравное, и его не следует изображать равным. Единственная независимая экспертиза архива — «Медиазоны» — приходит к выводу, что подделкой он быть не может, а следов вставок не найдено. Сомнения, высказанные публицистами в первые дни, высказывались до этого разбора и без доступа к архиву; один из сомневавшихся, Грозовский, впоследствии сам пересмотрел оценку вверх. Разборов, приходящих к выводу о подлинности, при этом четыре, а не один: «Агентство»/«Проект», The Insider, «Медиазона» и LTV «De facto». Независимость у них разная, и она расписана отдельно, — но ни один из четырёх, включая тот, который ФБК не устраивал, не нашёл признаков подделки. Это и есть настоящий вес этой стороны: не «одна экспертиза против сомнений», а четыре чтения массива, из которых ни одно не дало обратного результата. Открытым остаётся не вопрос подделки целиком, а вопрос отдельных вставок. По нему есть оговорка самой «Медиазоны», называющая такую возможность крайне маловероятной, — и есть утверждение с невзлинской стороны — с оговоркой, что Мурзагулов выступал от своего лица, а не как представитель Невзлина. Он говорит о «процентах на 90» подлинности, относя к неподлинному ровно заказы на нападения. Проверить это утверждение нечем, и исходит оно от заинтересованной стороны, но именно оно, а не оговорка «Медиазоны», является здесь содержательным возражением.

Хронология здесь существенна, но не так однозначна, как здесь было записано. Публичные сомнения Рогова, Грозовского и Собчак высказаны 13 сентября 2024 года, назавтра после выхода фильма, до какого-либо разбора архива и без доступа к нему. Разбор «Медиазоны» вышел 27 ноября, через два с половиной месяца. Грозовский ещё до него поднял свою оценку вероятности с 50-55% до 65-75% после публикации The Insider — и до 17 августа 2026 года эта фраза ссылалась на публикацию, которой в реестре источников не существовало. Теперь она есть: разбор от 13 сентября 2024 года, вышедший назавтра после фильма. То есть оценку Грозовского сдвинул не ноябрьский разбор «Медиазоны», а сентябрьский The Insider — при том, что независимость у второго меньше, чем у первого. Но сомнение центра «Досье» в этот ряд не встаёт: оно высказано людьми, у которых архив был на руках — они получили его 29 июня, за шесть дней до ФБК. Когда именно они пришли к своему выводу, источники не датируют: «Медиазона» излагает позицию «Досье» 27 ноября 2024 года, а Ходорковский 15 сентября говорит, что переписка с информантом шла до 9 июля. Существенно здесь не «когда сказали», а то, что говорили люди, державшие материал в руках. Прежняя формулировка «все публичные сомнения… без доступа к нему» этого случая не учитывала. Исправлено 15 августа 2026 года; заодно исправлена дата — фильм вышел 12 сентября, а не 13-го. Приводить их сомнения рядом с выводами «Медиазоны» как равнозначные значит сопоставлять первую реакцию с исследованием.

Все доказательства подлинности относятся к одному массиву, полученному от одного человека. Они говорят о том, что материал не сфабрикован целиком; они не отвечают на вопрос о возможных вставках.

Раньше эта запись стояла как «disputed» с формулировкой-вопросом. Это было ошибкой того же рода, что и остальные найденные при этой проверке: спор изображался равным, хотя он не равен. Статус «сообщается», а не «подтверждено»: единственный по-настоящему независимый разбор архива — один, «Медиазоны». «Проект»/«Агентство» и Грозев получили материал от ФБК до публикации, и их подтверждение не является вторым независимым. «данные расходятся» был бы неверен в том смысле, что ни один источник не предъявил доказательств подделки. 17 августа 2026 года в запись добавлены разборы The Insider и LTV «De facto», и статус проверен заново — он не меняется. The Insider не добавляет независимости: это второй участник той же договорённости с ФБК, и теперь это подтверждено его собственным текстом, а не выведено. «De facto» ближе всего к тому, что подняло бы статус, потому что проверяла не связность сообщений, а предмет из них — паспорт, — но и она получила фрагменты от команды Навального. «подтверждено» требовал бы двух независимых организаций; их по-прежнему одна.